Microcamtest

Лайфстайл портал

Почему убивают священников? /

В храм меня привел интерес и поиск смысла

– Все началось, когда я был подростком. Стало интересно, зачем я живу, зачем все это. Знаете, ведь когда не понимаешь, для чего ты что-то делаешь, то весь процесс кажется очень тяжелым. А теперь представьте это в масштабе всей жизни. Вот такое непонимание себя очень угнетало.

К тому же в то время рушилась моя страна – Советский Союз. Все менялось, рушились идеалы, поэтому нужно было найти свой жизненный баланс. Я нашел его в церкви.

Тогда они как раз начали открываться. Мы, молодые ребята, знали, что церковь очень долго запрещали, убивали священников, уничтожали и закрывали храмы. Но она, несмотря ни на что, выстояла: «Значит, в ней есть что-то такое, что ее поддерживало и давало ей силы выживать, и, наверное, она знает что-то, чего не знаем мы», – логика была такая.

Она-то и привела меня в храм, где священники дали мне смысл и какое-то вдохновение. Они объясняли, что есть Бог, что ты ему небезразличен: «Бог постоянно заботится о тебе, это твой небесный отец», – говорили в церкви. Кроме Бога есть Божья Матерь, и она меня тоже любила. Ангелы и святые опекали и оберегали меня в духовном смысле. В общем, все сводилось к тому, что Бог постоянно о тебе заботится, а сам ты можешь быть по-детски беззаботным.

Эта риторика – елей на сердце для молодой души. Ко мне пришло понимание, что вот лично обо мне кто-то заботится и даже если я умру, то попаду туда, где все живые. Надо просто жить и делать добро, и все будет хорошо.

Меня все это так увлекло, что Богу я захотел отдать все самое лучшее. Казалось бы, зачем благодарить Бога, у которого и так все есть? Но я решил, что нужно отдать свои силы, свою молодость на служение ему, его церкви и его людям.

Видео

Чтобы архиереи стали всерьез думать о своих священниках

Опыт протоиерея Николая Балашова радикально отличается от опыта отца Всеволода – его окружение в Церкви осталось за редким исключением:

«Из тех людей, которых я помню в московских храмах, с которыми как-то я соприкасался в советские годы, совсем мало, может быть, я бы сказал, что из тех, кого я знал тогда, 2%, может быть, 3% -5% перестали ходить в церковь.

Может быть, потому что я не принадлежал к кругу людей, ищущих социальной активности? Все те, кого я знал, в основном, пришли в церковь не за этим. С разной степенью интенсивности они все и сегодня участвуют в церковной жизни. Почти все, чью судьбу мне как-то удается прослеживать.

Я согласен с отцом Всеволодом, что Евангелие дает нам образы людей, которые действительно внезапно все оставляли и шли за Христом.

Другой вопрос в том, что было бы хорошо сделать фильм, способный стать пособием для умножающегося на глазах архиерейского корпуса нашей Церкви, чтобы актуализировать уже прозвучавшие слова апостола «рук ни на кого не возлагай поспешно» в сознании архипастырей, которые иногда действительно отчаянно вынуждены рукополагать очень наскоро.

Я знал священника… молодым человеком он в первый раз в жизни, будучи когда-то в детстве крещен, зашел в церковь, через два месяца он был священником. Через два месяца! История, в конце концов, та же самая – второй брак и уход из священства. Об этом надо думать намного больше, чем о пастырском «выгорании», потому что во многих случаях никакого выгорания не было. Просто люди обнаружили, что служение им не по силам. Их действительно тронуло, их зацепило, они готовы были куда-то пойти, а потом… а потом им никто не помогал.

Сегодня кажется чудом, чтобы существенно изменилась наша церковная жизнь в этом плане, чтобы повсеместно архиереи стали всерьез думать о своих священниках, чтобы о них не в отдельных лишь случаях по-человечески заботились.

Может быть, это произойдет, в конце концов, при дальнейшем разукрупнении епархий. Если хотя в одной трети из них такое случится, это будет огромный результат от происходящей сейчас на наших глазах церковной реформы. В самом деле, на наших глазах произошли не менее чудесные изменения в жизни нашей Церкви, в жизни нашей страны. У Бога все бывает. Может быть, и такое получится. Хорошо бы, конечно!»

А меня, прежнего, нет

По мнению протоиерея Максима Козлова, выгорание постигает часто хороших и вдумчивых священников:

«Вспомните Савелия Туберозова у Лескова. Вот вам пример того, с какими проблемами действительно хороший священник сталкивается. Проходит 10, 15, 20 лет служения, он все знает, а прежнего утешения не находит: «А меня, прежнего, нет».

Бывает, что человек уходит от некоторого внутреннего истощения, когда он не хочет служить плохо, а служить хорошо, как он служил всю жизнь, у него не получается. Тогда он начинает что-то другое искать. Уж, кто чего. Вдруг выясняется, что его внутреннее мировоззрение не тождественно церковному христианству. Нечестный человек будет это скрывать дальше благополучненько, что многие и делают. А, если он честный человек, ему с этим дальше как-то неловко. Бывает, уходят из-за всякого рода политических активизмов, но это вряд ли очень глубокие люди. Это те, которые по наносным впечатлениям в 90-ые годы оказались в священстве, потому что думали, яко же Гапон, что-то социально-активное устраивать , а потом в этом разочаровываются».

Теги